leiten

Приветствую посетителей данного журнала!

Вкратце о нём:
Пишу о том, что интересно мне самому.
Если не интересно - то не пишу. Вот так всё просто.
В основном меня радует творчество современных поэтов,чьи произведения я и выкладываю здесь. Иногда пишу сам, как Лейтенант.

Френдов приветствую и отвечаю взаимностью, но только тем, у кого действительно живой журнал и с интересными лично для меня темами.
Вдруг он весь типа про то, как сажать коноплю  квадратно-гнездовым способом в условиях вечной мерзлоты?
Вот зачем мне знать про это??
И если там нет ничего кроме рекламы - то извините, меня такое не радует т.к. френдленту я стараюсь читать и комментировать, конечно при наличии возможности (времени и пр.) для этого.

А данные буквы рекомендуются к прочтению желающим записаться ко мне в друзья. Что бы потом не возникало лишних вопросов... 
В общем я советую проходить мимо тем, кто использует слова в виде "поцтреоты,рашка" и пр. шыдэвры.
Туда же дружно шагают всяческие фекалии (и их защитники) в виде антифа, либерастов, поклонников 2-х кислых братьев,фанатов и представителей партии жуликов и воров, а за ними поспешают русофобы и страдающие толерастией. Мне такие тут нафиг не упали. Так как сильно не уважаю я тех, кто гадит в своём (или чужом) доме.
Вкратце -  я люблю свою страну, но ненавижу тех, кто ей управляет.

P.S. Я иногда применяю слово "жЫвотное" в отношении разных личностей... Это не ошибка... Потому,что есть жИвотное,а есть жЫвотное...
И это определение никоим образом не связано с национальностью или цветом кожи... а зависит только от стиля жизни и поведения индивида...
Буква меняется для того,что бы не обижать братьев наших меньших...



МОЯ АВТОНОМКА  

Очнувшись от недельного запоя,
Определив, где пол, где потолок,
Я задавал вопросы: “Где я? Кто я?”
Но им ответ найти, увы, не мог.

Контрастный душ, и сердце вновь забилось,
Плюс крепкий кофе, коньяка сто грамм,
И моя память, гнев сменив на милость,
Вернулась, всё расставив по местам:

Начало отпуска отпраздновал неслабо, -
Текила, водка, виски и абсент,
Ночные клубы, рестораны, бабы,
Две пьяных драки, обнаглевший мент,

Потом с соседом в домино под водку,
Потом с другим – тараньку и пивка,
Потом случайно встретил друга, Вовку,
Мы с ним портвейн хлестали у ларька.

Короче, так неделя пролетела…
Я обречённо вновь открыл свой бар,
Достал бутылку водки и несмело
Нанёс по печени очередной удар.

В согласии с желанием напиться, -
“Недели три”, - вдруг, чётко понял я, -
“И в токсикологической больнице
Врачи в объятья заключат меня.

Я буду санитарами там встречен,
И это неизбежно! Плачь, не плачь.
Что здесь поделать? Отпуск скоротечен.
А я там, как-никак, главврач!”

(с)робот, модификация Д

Стеклоочиститель полирует
Ветровое гнутое стекло.
Думаецца мне "какого %я
Я назвал гаишника козлом?"

Не сдержал слова и выраженья
В миг, когда инспектор подбежал
Заявил я "Где тут нарушенье?
Не был, не имел, не превышал!"

Ну, а он, раскисший словно тесто,
Кутаясь в промокший зябкий плащ,
В ночь ушел с прикормленного места
Не скрывая от прохожих плач.

Я тогда раскаялся... в ту пору
Что сберег? Полтысячи рублей?
Мчали мимо все. Пытливым взором
Я стерег, вернется ль мой старлей?

Все прошло, машина заржавела
Зрение рассеялось, как дым.
Гаец? Он тогда пришел с отделом...
До сих пор, блядь, штрафы да суды.

Я теперь уверен, даже слишком,
Если и ушел куда-то в дождь -
Никуда не пропадет гаишник,
Потому что %й их наеб%шь.

(с)Заобаб Ли

От автора: Ах, какая прекрасная новость для жителей всей нашей необъятной Родины – коверный клоун правительства, главный йог страны, чьими "перлами" восторгались все неравнодушные, потенциально "преступные граждане", наконец-то отправлен в отставку.

С восторгом солнце греет травку,
Журчит игриво ручеёк -
На радость обществу, в отставку,
Отправлен злой тибетский йог.

Голубка с голубем воркует,
Вернулись совесть, честь и стыд.
Народ смеётся и ликует,
И в каждом доме стол накрыт.

Слетают мрази летним пухом,
Сбиваясь в темные углы.
Система вновь воспряла духом,
Позора сбросив кандалы.

Мы оживаем понемногу
В начале жизненной стези.
Свершилось чудо, слава Богу!
Прощай, паяц всея Руси…

Изведав раскоронованье,
Тебе давно пора в нархоз,
Заняться истинным призваньем -
Пасти в аулах горных коз.

© protoplazma

Поэт и гражданин не может молчать, когда вокруг памятника другому поэту разворачиваются такие события! Леонид Каганов попытался представить, что мог бы сказать гуляющим и Басманному суду Абай Кунанбаев.

Ай, салам алейкум, дорогая, бригадир Басманного суда! Это пишет памятник Абая. Я живешь у Чистого пруда. У меня из бронза сделан китель. Из гранита тумбочка под зад. Я большой казахский просветитель был при жизни много лет назад. Рядом у меня журчит фонтана. Наверху совсем расцвел листва. Мало кто у нас из Казахстана получилось так осесть в Москва. Мой душа весь день поет как лира. Только с голубь у меня вражда. Потому что голубь птица мира, ну а мир нагадить рад всегда.

Но сейчас писать я не про это. В суд решил писать сегодня я! Сам я был всегда большой поэта, ну а папа был большой судья. С папой я и сам в суде когда-то поработал, понимаешь, да? Умный вещь скажу тебе как брату, дорогой Басманная суда! Чистый пруд хороший тихий место, только скучный летом и зимой. Слушай, эта акция протеста — ты зачем их всех прогнал домой? Это был такой хороший люди! Столько было песен, шашлыка! А без них опять мне голубь будет регулярно капать на башка.

Здесь варил казан большая каша! Чай зеленый люди пили здесь! Говорили здесь Гудков и Яшин, и Собчак ходил красивый весь! Я услышал столько Окуджава! Столько заводной девичий смех! Очень злой Россия стал держава: не дает гулять, гоняет всех. Ты же был такой большой страною! Космос-шмосмос и культур-мультур! Но опять увлекся паранойя! Но опять увлекся диктатур! Ты зачем людей хватаешь в плен-то, арестуешь чай и самовар? Что тебе какой-то белый лента — девушка надел гулять бульвар?

Ты, Басманный суд, совсем сердитый. Ты зачем совсем сошел с ума? Посади какой-нибудь бандита, если у тебя пустой тюрьма! Почему твой уголовный розыск не искать себе нормальный дел? Вах, какой в стране большой угроза — хипстер белый ленточка надел! Ты же видишь, как культурно было! Ни один не какал в водоем! Варим каша, фоткаем мобила, Окуджава песенка поем! Как смотреть в глаза другие страны? Самому уже смешно, ага? Хипстер в парке вытоптал тюльпаны — двадцать миллион ущерб таньга!

Вах, совсем поступка некрасивый! Вах, как мало мудрости и ум! Что же ты, начальника России, мелочный, как продавец изюм? Дорогой, скажу тебе по сути, объясню такой простой момент: даже если люди выбрал Путин... даже если шестьдесят процент... даже если семьдесят, не важно! Остальные (сам же посмотри) — это пятьдесят мильёнов граждан! Наших Казахстанов целых три! Это же такой большой народа! Прямо целый треть страна твоей! Ты зачем отнял у них свобода мирно погулять своих друзей? Ты зачем на них ругаешь пресса? Ты зачем пятнадцать суток штраф? Ты бы лучше ради интереса сам сюда приехал, коврик взяв! Посидел, послушал Окуджава, гречка пожевал из котелка... И опять собрал большой держава, что из двух частей у нас пока! Пусть народ гуляет, как хотите! Для того бульвар и сделан, нет? Говорю тебе, как просветитель, как казахский классик и поэт.

Дата, подпись: памятник Абая. Очень с уважением. Пока! (Грибоедов вот меня пугает, что теперь и мне секир-башка: говорит, затихни, бога ради, и тебя причислят к мятежу...) Памятник, да кто ж меня посадит? Между прочим, я и так сижу.

(с)Леонид Каганов

Ядовитою зеленью режет глаза Peugeot,
пересчитывая понурых своих кобыл.
Пахнет время горячим асфальтом и анашой
и еще чем-то горьким, что знал, но уже забыл,

чтобы искренне верить тому, кто все время лжет:
обещает прощенье, вбивая в двустволку пыж,
и снимает остатки неба тупым ножом
до саднящих закатов на ребрах сутулых крыш.

Чтобы вытопить дурь, прижимая ладони тыл
к твоим первым движеньям, и средце пускать в аллюр.
Чтобы звать тебя именем той, кого не любил,
по слогам забывая имя той, что люблю,

не оставив ни дня, ни шанса такой судьбе:
опустить все шлагбаумы и разобрать пути.
А потом черт знакомых с надеждой искать в тебе,
чтобы было кому напоследок сказать:
- прости.

(с)Лука Окрошкин

Кустов, травы, цикад и вообще
Природы описание в прологе;
И едет всадник в шляпе и плаще
От дальних гор по западной дороге.

Лица не разберешь, в плечах широк,
Поводья в левом кулаке зажаты,
Въезжает он в безмолвный городок
На фоне темно-красного заката.

Ни светлых пятен, ни деталей нет.
Как авторским, так и обычным зреньем
Увидеть можно только силуэт,
С единственным мгновенным исключеньем:

Отбросил блик, начищен, воронён,
На поясе его во время вольта,
Великий уравнитель всех времен -
Изобретенье Сэмюэла Кольта.

Прошла неделя. Вновь в седле герой,
И девушка в накидке с бахромою
Сидит за ним, прильнув к нему щекой
С одною неупавшею слезою.

Не торопясь, не замедляя ход,
Шагает конь сквозь пение эфира
Из городка в безоблачный восход,
И в этом – вся литература мира.

(с)Барыбино

Трещит костёр, полнеба обжигая,
А мы поём под звездным небом мая.
Вновь кружка водки начинает круг.
Ты делаешь глоток едва, твой друг
Смеясь передаёт в золе картошку.
Закусываешь, пачкаясь немножко,
И обжигаясь дуешь на неё...
Костер погас уже давным давно.
Золу развеял ветер на рекою.
И черная проплешина травою
Конечно же с годами заросла,
А нас судьба по миру разнесла.
И мы корнями в новое врастали,
Учились, обживались, крепче стали
Порою становились, шли вперед.
Прошло лет двадцать пять уже. И вот
Решили, кто остался из живущих,
Вернуться хоть на день в тот май цветущий,
Разжечь на том же месте наш костёр,
Спеть песню под гитарный перебор.
И вот стоим и выглядим потешно,
Кто без волос, по лысине те чешут:
Мы наше место узнаём с трудом -
Теперь тут возведён элитный дом.
Гараж подземный джипы покидают.
Водители тяжелый взгляд кидают,
Тревожит средь двора наш странный круг:
«Как чёрта? Кто? Зачем? А вдруг...?»
Достали мы «Финляндии» поллитра,
Разлили… Кто-то крикнул:«Может в Питер
Ко мне махнём? На Финском дача есть!»
И засмеялся:" Там хоть есть где сесть!"
Тут подошёл охранник:" Чо забыли?"-
— «Да мы, приятель, счастливы тут были!»
Был строг наши визави: «Кто разрешил?»
Смутились мы: «Да просто, от души...»

«Ну что, в кабак поехали, бродяги?»
И мы пошли к метро широким шагом.
Сжимая крепко струн молчащих сталь
Пытался гитарист сдержать печаль…

(с)STEBO

Ночь на линии фронта
Сотни жмущихся тел
Спать, конечно, без понта -
Через час артобстрел.

Это серое небо
Даже ночью серО
Ночь с приставкою "недо"
Всё, что есть - на зеро

Раздербанена пайка
Ешь - ведь я не буржуй!
Да послушай-ка, байку
Про войну расскажу:

...Пусть и вился, как уж, но
Ведь обжился вполне
Я на той, очень южной
Невеликой войне.

( Далее: )

Устав от суеты и окруженья,
Решаешь ты побыть наедине
С самим собой и думам в утешенье
С мечтой своей уж мчишься по волне
Под парусом, что в море одиноко
Несёт тебя туда, где берег чист,
Где девушка красива, черноока
Бросает тебе радостно ключи
От сердца своего. В нем как в мартене
Кипит любовь и страсти жидкий сплав.
И ты достав из плавок пачку денег
Ведешь её, за тонкий стан обняв,
В приморский ресторан. Там джаз играет,
Стоит как генерал метрдотель.
Ты шепчешь ей на ушко: "Дорогая,
Шампанское, коньяк или коктейль?"
Потом тебе приносят фрак и брюки.
Оркестр для вас играет чудный вальс.
Она горит, сжимая твои руки:
"О, боже, как хочу сейчас я Вас!"
И вот уже в алькове ярко-алом
Красавица постанывает: "А-а-ах!!!"
И падает на мрамор одеяло,
И всё мощнее бьется пах об пах...
...Очнувшись от внезапных наваждений,
Достанешь ты зеленый портсигар,
Вдохнешь дым "Беломора" с наслажденьем,
Почувствуешь как греет спину жар.
И тут услышишь крик над теплотрассой:
"Хорош дымить, пысатель, твою мать!
Давай вставай, харе давить на массу,
Пошли стекло на водку собирать!"

(с)Stebo